О жизни и ее смысле

( Мнения известных личностей.  Из коллекции Бориэля Сима )

 

Альбер Камю:
Вопрос о смысле жизни я считаю самым неотложным из всех вопросов.
Решить, стоит или не стоит жизнь того, чтобы ее прожить, — значит ответить на фундаментальный вопрос философии. Все остальное — имеет ли мир три измерения, руководствуется ли разум девятью или двенадцатью категориями, — второстепенно.
Великий вопрос жизни — как жить среди людей.
Всякая жизнь, посвященная погоне за деньгами, — это смерть. Воскрешение — в бескорыстии.
Тот, кто не верит в Бога, видит в мире, где людей не ценят по достоинству, только хаос, и предается отчаянию.

Мишель Монтень:
Жизнь сама по себе — ни благо, ни зло: она вместилище и блага и зла, смотря по тому, во что вы сами превратили ее.
Мера жизни не в ее длительности, а в том, как вы ее использовали.

Лион Фейхтвангер:
Жизнь в неведении — не жизнь. Кто живет в неведении, тот только дышит. Познание и жизнь неотделимы.
Мало кто понимает, что не мы идем по жизни, а нас ведут по ней.

Плиний Старший:
Стыдно признаться, но ведь из всех живых существ лишь один человек не знает, что для него полезно.

Ян Чжу:
Жизнь такая редкая удача, а смерть так легкодостижима. Кто же это придумал — проводить с таким трудом доставшуюся жизнь в ожидании столь легко приходящей смерти? Насиловать свои чувства и природу, чтобы заманить славу? Это для нас хуже смерти! Желая исчерпать до дна все наслаждения своей единственной жизни, испытать все радости этих лет, тревожимся лишь о том, чтобы переполненный желудок не помешал вволю пить; чтобы утрата силы не помешала вволю предаваться плотским удовольствиям. Не печалит нас ни дурная слава, ни опасность для жизни.

Чарльз Дарвин:
Самую сильную черту отличия человека от животных составляет нравственное чувство или совесть. И господство его выражается в коротком, но могучем и крайне выразительном слове «должен».

Теодор Драйзер:
Так жизнь, возведя человека на вершину благополучия, продолжает и там дразнить и мучить его. Впереди всегда остается что-то недосягаемое, вечный соблазн и вечная неудовлетворенность.

Публий Вергилий:
Но между тем бежит, бежит невозвратное время, пока мы, плененные любовью к предмету, задерживаемся на всех подробностях.

Аврелий Августин:
Что же такое время? Если никто меня об этом не спрашивает, я знаю, что такое время; если бы я захотел объяснить спрашивающему — нет, не знаю.

Пьер Буаст:
Молодые люди говорят о том, что они делают; старики о том, что они делали; а дураки о том, что им хотелось бы делать.

Фрэнсис Бэкон:
Благоденствие не обходится без страхов и неприятностей, а тяготы не лишены радостей и надежд.
В жизни — как в пути: самая короткая дорога обычно самая грязная, да и длинная не многим чище.

Иоганн Вольфганг Гете:
Кто хочет избавиться от беды, знает всегда, чего он хочет, а кто хочет лучшего, бродит в потемках.
Жизнь — это долг, хотя б она была мгновением.
Без пользы жить — безвременная смерть.

Вольтер:
Счастье — это только сон, а горе — действительность.

Оскар Уайльд:
Я от всей души посоветовал бы Вам не сгибаться под бременем горя. То, что представляется нам тяжкими испытаниями, иногда на самом деле — скрытое благо.
Цель жизни — самовыражение. Проявить во всей полноте свою сущность — вот для чего мы живем.

Бернард Шоу:
Мы не умеем пользоваться счастьем, если мы не насаждаем его, как не умеем пользоваться богатством, не заработав его.
Жизнь для меня не тающая свеча. Это что-то вроде чудесного факела, который попал мне в руки на мгновение, и я хочу заставить его пылать как можно ярче, прежде чем передать грядущим поколениям.

Дени Дидро:
Люди жили бы довольно спокойно в этом мире, если бы были вполне уверены, что им нечего бояться в другом; мысль, что Бога нет, не испугала еще никого, но скольких ужасала мысль, что существует такой Бог, какого мне изображают.

Людвиг Фейербах:
На практике все люди — атеисты: своими делами, своим поведением они опровергают свою веру.

Лев Толстой:
Кратчайшее выражение смысла жизни может быть таким: мир движется и совершенствуется. Главная задача — внести вклад в это движение, подчиниться ему и сотрудничать с ним.
Живут лишь те, кто творит добро.
Жизнь как отдельного человека, так и всего человечества есть непрестанная борьба плоти и духа. В борьбе этой дух всегда остается победителем, но победа эта никогда не окончательна, борьба эта бесконечна, она-то и составляет сущность жизни.
И то, что мы называем счастьем, и то, что называем несчастьем, одинаково полезно нам, если мы смотрим на то и на другое как на испытание.
Все люди более или менее приближаются к тому или другому пределу: один – жизнь только для себя, другой – только для Бога, то есть для ближнего.

Омар Хайям:
Жизнь — пустыня, по ней мы бредем нагишом.
Смертный, полный гордыни, ты просто смешон!
Ты для каждого шага находишь причину —
Между тем он давно в небесах предрешен.

Жан Жак Руссо:
Сама по себе жизнь ничего не значит; цена ее зависит от ее употребления.
Жить — это не значит дышать, это значит действовать. Не тот человек больше всего жил, который может насчитать больше лет, а тот, кто больше всего чувствовал жизнь.

Виссарион Белинский:
Жизнь — ловушка, а мы мыши; иным удается сорвать приманку и выйти из западни, но большая часть гибнет в ней, а приманку разве понюхают. Глупая комедия, черт возьми.
Много людей живет, не живя, но только собираясь жить... Жить — значит чувствовать и мыслить, страдать и блаженствовать, всякая другая жизнь — смерть.

Бенджамин Франклин:
Если любишь жизнь, не трать время зря, потому что жизнь состоит из времени.

Платон:
Человек — игрушка богов. Этому-то и надо следовать. Надо жить, играя.
Судьба — путь от неведомого к неведомому.
Рождение — это та доля бессмертия и вечности, которая отпущена смертному существу.
Стараясь о счастье других, мы находим свое собственное.

Гумбольдт:
Несомненно важнее, как принимает человек судьбу, нежели какова она на самом деле.

Эпиктет:
Жизнь короткую, но честную, всегда предпочитай жизни долгой, но позорной.
Все то, чем люди так восхищаются, все, ради приобретения чего они так волнуются и хлопочут, все это не приносит им ни малейшего счастья. Покуда люди хлопочут, они думают, что благо их в том, чего они домогаются. Но лишь только они получают желаемое, они опять начинают волноваться, сокрушаться и завидовать тому, чего у них еще нет. И это очень понятно, потому что не удовлетворением своих праздных желаний достигается свобода, но, наоборот, избавлением себя от таких желаний. Если хочешь увериться в том, что это правда, то приложи к освобождению себя от своих пустых желаний хоть наполовину столько же труда, сколько ты до сих пор тратил на их исполнение, и ты сам скоро увидишь, что таким способом получишь гораздо больше покоя и счастья. Покинь общество людей богатых и влиятельных; перестань угождать людям знатным и сильным и воображать, что от них ты можешь получить что-либо нужное тебе. Ищи, наоборот, у людей праведных и разумных того, что можешь ты от них получить и, уверяю тебя, не с пустыми руками уйдешь ты от них, если только придешь к ним с чистым сердцем и добрыми мыслями. Если ты не веришь мне на слово, то хоть на время попробуй сблизиться с такими людьми, постарайся сделать хоть несколько шагов на пути к истинной свободе. А тогда уже сам решай, куда тебя больше тянет: к благу и свободе или к злу и рабству. В таком опыте ведь нет ничего постыдного. Испытай же себя...

Жозеф Эрнест Ренан:
Когда жалуются на жизнь, то это почти всегда означает, что от нее требовали невозможного.

Леонардо да Винчи:
Как хорошо проведенный день приносит счастливый сон, так плодотворно прожитая жизнь доставляет удовлетворение.
Всякая жизнь, хорошо прожитая, есть долгая жизнь.
Кто не ценит жизни, тот недостоин ее.

Александр Пушкин:
Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать.

Михаил Лермонтов:
Жизнь — вечность, смерть — лишь миг.

Люк де Клапье де Вовенарг:
Всего ошибочнее мерить жизнь мерою смерти... Краткость жизни не может ни разубедить в ее радостях, ни утешить в ее горестях.
Для того чтобы творить великие дела, нужно жить так, будто и умирать не придется.

Николя де Шамфор:
Чтобы жизнь не казалась невыносимой, надо приучить себя к двум вещам: к ранам, которые наносит время, и к несправедливостям, которые чинят люди.

Василий Ключевский:
Жизнь не в том, чтобы жить, а в том, чтобы чувствовать, что живешь.
Жизнь учит лишь тех, кто ее изучает.

Эмиль Золя:
Действовать, создавать, сражаться с обстоятельствами, побеждать или быть побежденным — вот в чем вся радость, вся жизнь здорового человека.
Весь смысл жизни заключается в бесконечном завоевании неизвестного, в вечном усилии познать больше.

Пьер де Бомарше:
Жить — это бороться, бороться — это жить.

Ювенал:
Посвяти жизнь служению истине.

Сенека:
Как басня, так и жизнь ценятся не за длину, но за содержание.
Если присмотреться, то окажется, что наибольшая часть жизни многих растрачивается на дурные дела, немалая часть — на безделье, а вся жизнь в целом — вообще не на то, что нужно.
Короткую жизнь мы не получаем, а делаем ее такою; не бедны мы жизнью, а пользуемся ею расточительно. Жизнь длинна, если ею умело пользоваться.

Цицерон:
Жить — значит мыслить.

Александр Герцен:
Жизнь, которая не оставляет прочных следов, стирается при всяком шаге вперед.

Марк Твен:
Давайте жить так, чтобы даже гробовщик оплакивал нашу кончину.

Рабиндранат Тагор:
Жизнь ниспосылается нам даром; заслуживаем мы ее — отдавая ее.
То, что я существую, — для меня постоянное чудо: это и есть жизнь.

Федор Достоевский:
Только бы жить, жить и жить! Как бы ни жить — только жить! Экая правда! Господи, какая правда! Подлец человек!.. И подлец тот, кто его за это подлецом называет.
Тот, кто желает увидеть живого Бога, пусть ищет его не в пустом небосводе собственного разума, но в человеческой любви.
Страдание-то и есть жизнь. Без страдания какое было бы в ней удовольствие?

Альберт Эйнштейн:
Смысл жизни имеет лишь жизнь, прожитая ради других.

Блез Паскаль:
Люди ищут удовольствий, бросаясь из стороны в сторону только потому, что чувствуют пустоту своей жизни, но не чувствуют еще пустоты той новой потехи, которая их притягивает. Люди большею частью так относятся к своим удовольствиям, что огорчаются, если теряют их. Но прав только тот человек, который умеет радоваться и, вместе с тем, не огорчаться, когда проходит причина его радости.
Если бы Бог давал нам таких наставников, о которых мы знали бы достоверно, что они посланы Самим Богом, то мы ведь повиновались бы им свободно и радостно. Мы и имеем таких наставников: это нужда и вообще все несчастные случаи жизни.
Одни говорят: войди в самого себя, и ты найдешь покой. В этом еще не вся правда. Другие, напротив, говорят: выйди из самого себя; постарайся забыться и найти счастье в развлечениях. И это несправедливо, хотя бы только потому, что этим путем нельзя избавиться, например, от болезней. Покой и счастье – не внутри нас, не вне нас; они – в Боге, Который и внутри и вне нас.
Есть только три разряда людей: одни обрели Бога и служат ему; люди эти разумны и счастливы. Другие не нашли и не ищут Его; эти безумны и несчастны. Третьи не обрели, но ищут Его; эти люди разумны, но еще несчастны.
Горе людям, не знающим смысла своей жизни, а между тем уверенность в том, что этого нельзя знать, так распространена между людьми, что они даже гордятся как мудростью тем, что не желают знать этого.

Александр Блок:
О, я хочу безумно жить:
Все сущее увековечить,
Безличное — вочеловечить,
Несбывшееся — воплотить!

Максим Горький:
Смысл жизни вижу в творчестве, а творчество самодовлеет и безгранично!
Есть только две формы жизни: гниение и горение.

Фридрих Шиллер:
Не в годах — в полноте жизни, вот в чем ценность бытия!
Не привыкай к благоденствию – оно преходяще, кто владеет – учись терять, кто счастлив – учись страдать.

Ромэн Роллан:
Тот не человек, кто не боролся с жизнью и не оставил в ее логове клочьев своей шерсти.

Бальтасар Грасиан-и-Моралес:
Искусство долго жить: жить достойно. Две вещи быстро приканчивают человека: глупость и распутство. Одни потеряли жизнь потому, что хранить ее не умели, другие потому, что не хотели. Как добродетель — сама себе награда, так порок— сам себе кара. Кто торопится жить в пороке, погибает быстро и в обоих смыслах; кто торопится жить в добродетели, никогда не умрет. Здоровье духа сообщается телу, жизнь праведных долга не только делами, но и годами.

Демокрит:
Жить дурно, неразумно, невоздержанно — значит, не плохо жить, но медленно умирать.

Антон Чехов:
Я вовсе не хочу, чтобы из меня вышло что-нибудь особенное, чтобы я создал великое, а мне просто хочется жить, мечтать, надеяться, всюду поспевать... Жизнь... коротка, и надо прожить ее лучше.

Самюэль Смаилс:
Учись так, как будто тебе предстоит жить вечно; живи так, как будто тебе предстоит умереть завтра.

Самюэль Батлер:
Жизнь — это материя, в которой мы запутываемся, если будем рассуждать о ней слишком много или слишком мало.
Жизнь — это искусство извлекать значительные выгоды из незначительных обстоятельств.

Ральф У. Эмерсон:
Мы просим себе долгой жизни, а между тем значение имеют только глубина жизни и ее высокие мгновения. Будем же измерять время мерой духовной!
Мы находим в жизни только то, что сами вкладываем в нее.

Анатоль Франс:
На земле существуют, чтобы любить добро и красоту и давать волю всем желаниям, если они благородны, великодушны и разумны.

Джон Голсуорси:
Разве человеческая жизнь — а она ведь такая хрупкая — сохранилась бы вопреки всем нашим бедам и тяготам, если бы жить на свете не стоило?

Букер Тальяферро
Жизнь, достойная своего имени, — это посвящение себя благу других людей.

Франц Кафка:
Все дело в мгновении. Оно определяет жизнь.

Агата Кристи:
Человек сам своими руками должен прокладывать путь в жизни.

Стефан Цвейг:
Лишь тот постигает жизнь, кто проникает в ее глубины.

Пабло Пикассо:
Я хочу жить как бедный человек с деньгами.

Бенджамин Дизраэли:
Молодось — заблуждение, зрелый возраст — борьба, старость — сожаление.

Самуил Маршак:
... время растяжимо. Оно зависит от того, какого рода содержимым Вы наполняете его.

Томас Манн:
Время — драгоценный подарок, данный нам, чтобы в нем стать умнее, лучше, зрелее и совершеннее.

Пьер Буаст:
Детство стремится к жизни, отрочество пробует ее, юношество упивается ею, зрелый возраст вкушает ее, старость ее жалеет, дряхлость привыкает к ней.
Время неподвижно, как берег: нам кажется, что он бежит, а, напротив, проходим мы.

Джек Лондон:
Жизнь — странная вещь. Много я думал, долго размышлял о ней, но с каждым днем она кажется мне все более непонятной. Почему у нас такая жажда жизни? Ведь жизнь — это игра, из которой человек никогда не выходит победителем. Жить — значит тяжко трудиться и страдать, пока не подкрадется к нам старость, и тогда мы опускаем руки на холодный пепел остывших костров. Жить трудно. В муках рождается ребенок, в муках старый человек испускает последний вздох, и все наши дни полны печали и забот. И все же человек идет в открытые объятия смерти неохотно, спотыкаясь, падая; оглядываясь назад, борясь до последнего. А ведь смерть добрая. Только жизнь причиняет страдания. Но мы любим жизнь и ненавидим смерть. Это очень странно!

Уильям Шекспир:
Что человек, когда он занят только сном и едой? Животное, не больше.

Томас Пейн:
Единственная идея живых существ, которую мы можем иметь, — это идея служения Богу.

Генрих Гейне:
В темные времена народами лучше всего руководили с помощью религии, — ведь в полной темноте слепой является лучшим проводником: он различает дорогу и тропы лучше зрячего. Однако поистине глупо, когда уже наступил день, все еще пользоваться в качестве проводников старыми слепцами.

Артур Шопенгауэр:
Человеческую жизнь нельзя, в сущности, назвать ни длинной, ни короткой, так как в сущности она именно и служит масштабом, которым мы измеряем все остальные сроки.
С точки зрения молодости жизнь есть бесконечное будущее; с точки зрения старости — очень короткое прошлое.
Нет лучшего утешения в старости, чем сознание того, что удалось всю силу молодости воплотить в творения, которые не стареют.
Если бы азиат попросил меня дать определение понятия "Европа", я был бы вынужден так ответить ему: "Это часть мира, где слепо и упорно верят в то, что человек был создан из ничего и что это рождение есть его первое появление на свет".

Конкордия Антарова:
Никто тебе не друг, никто тебе не враг, но каждый человек тебе учитель.
Мы приходим на Землю и уходим с нее уже связанные всеми теми нитями, которые сплела нам наша же любовь или ненависть.
Зло не живет в мире само по себе. Если оно сваливается на нас, то только потому, что мы сами, творчеством своего сердца, призвали его к себе. Если же мы чисты — оно не подойдет к нам. Часто мы не знаем, почему оно на нас свалилось, но мы сами же его соткали когда-то. И не умеем в данное мгновение растворить его в огне своей любви.
Каждый может прожить только свою жизнь... сколько бы ни стараться протоптать тропинку для своих детей, жизнь повернет ее там и туда, как сам человек, и только он один, ее себе протопчет. Ни пяди чужой жизни не проживешь.
В жизни нет мгновений остановки. Она — вечное движение, вечное стремление вперед. И только мужественный движется в ногу с нею.
Пока человек может идти к совершенствованию, он живет. Он борется, терпит поражения, разочаровывается, но не теряет мужества, не теряет цельности в своих исканиях и вере, живет и побеждает. Его сердце все растет, сознание ширится. Он еще может нести в день свое творчество. Еще может отдавать просто свою доброту — и поэтому живет. Бывает так, что человек десятки лет ведет жизнь, бесполезную вовне. Живет эгоистом и обывателем. Становится никому не нужным стариком — и все живет. Жизнь, великая и мудрая, видит в нем еще какую-то возможность духовного пробуждения. И Она ждет. Она дает человеку сотни испытаней, чтобы он мог духовно возродиться. И наоборот, бывают люди, так щедро излившие в своих простых, серых днях доброту и творчество своего сердца, что вся мощь их сердца разрослась в огромный свет. И их прежняя физическая форма уже не может нести в себе этого нового света. Она рушится и сгорает под вихрем новых вибраций мудрости, куда проникло их сознание. И такие люди уходят с земли, чтобы вернуться на нее еще более радостными, чистыми и высокими.
Живите все эти дни, пока не выйдете из этой земной формы, как живут после смерти всего личного.

Антуан де Сент-Экзюпери:
Хотя человеческой жизни нет цены, мы всегда поступаем так, словно существует нечто еще более ценное.
Ты построил свой тихий мирок, замуровал наглухо все выходы к свету, как делают термиты. Ты свернулся клубком, укрылся в своем обывательском благополучии, в косных привычках, в затхлом провинциальном укладе; ты воздвиг этот убогий оплот и спрятался от ветра, от морского прибоя и звезд. Ты не желаешь утруждать себя великими задачами, тебе и так немалого труда стоило забыть, что ты — человек. Нет, ты не житель планеты, несущейся в пространстве, ты не задаешься вопросами, на которые нет ответа, — ты просто-напросто обыватель... никто вовремя не схватил тебя и не удержал, а теперь слишком поздно. Глина, из которой ты слеплен, высохла и затвердела, и уже ничто на свете не сумеет пробудить в тебе уснувшего музыканта, или поэта, или астронома, который, быть может, жил в тебе когда-то.

Марк Аврелий:
Время человеческой жизни — миг; ее сущность — вечное течение; ощущение — смутно; строение всего тела — бренно; душа — неустойчива; судьба — загадочна; слава — недостоверна. Одним словом, все, относящееся к нему, подобно потоку, а относящееся к душе — сновиденью и дыму. Жизнь — борьба и странствие по чужбине; посмертная слава — забвение. Но что же может вывести на путь?
Приставлять одно доброе дело к другому так плотно, чтобы между ними не оставалось ни малейшего промежутка, — вот что я называю наслаждаться жизнью.
Не все ли равно, если твоя жизнь будет продолжаться триста или даже три тысячи лет? Ведь живешь только в настоящем мгновении, кто бы ты ни был, утрачиваешь только настоящий миг. Нельзя отнять ни нашего прошлого, потому что его уже нет, ни будущего, потому что мы его еще не имеем.
Настоящих благ немного. То только истинное благо и добро, что благо и добро для всех. Поэтому, чтобы не уклоняться от избранной цели, надо, чтобы эта цель была добро, согласно с общим благом. Кто направит свою деятельность на такую цель – приобретет себе благо.
Кто положил свою жизнь в свете разумения и служит ему, для того не может быть отчаянных положений в жизни, тот не знает мучений совести, не боится одиночества и не ищет шумного общества, – таковой имеет высшую жизнь, не бежит от людей и не гоняется за ними. Его не смущают помыслы о том, надолго ли дух его заключен в плотской оболочке; поступки такого человека будут всегда одинаковы, даже в виду близкой кончины. Для него одна забота – жить разумно в мирном общении с людьми.
Живи так, как будто ты сейчас должен проститься с жизнью, как будто время, оставленное тебе, есть неожиданный подарок.
Попробуй, может быть, тебе удастся прожить, как человеку, довольному своей судьбою, приобретшему внутренний мир любовью и добрыми делами.

Джон Рёскин (Раскин):
Краткость жизни ни для одного разумного человека не может быть основанием для того, чтобы бесполезно тратить ту долю ее, которая ему дана. Ни дни наши, ни жизни не могут быть благородны и святы, если мы проводим их ничего не делая. Лучшая утренняя молитва та, в которой мы просим, чтобы ни одно мгновение этого дня не прошло бесполезно, и лучшая благодарность перед обедом заключается в сознании, что мы честно заслужили нашу пищу.
Никогда не ищите удовольствия, но будьте всегда, готовы находить во всем удовольствие. Если ваши руки заняты, а сердце свободно, то самая ничтожная вещь доставит вам своего рода удовольствие, и вы найдете долю остроумия во всем, что услышите. Но если вы обратите удовольствие в цель вашей жизни, то настанет день, когда самые комические сцены не вызовут у вас истинного смеха.
У человека нет никаких данных для оценки, а тем более права для суждения о результатах жизни, полной безусловной самоотверженности, пока у него не явится смелости самому испытать такую жизнь, по крайней мере, временно. Но я думаю, что ни один разумный человек не пожелает и ни один честный человек не посмеет отрицать то благотворное влияние, какое имели на его душу и тело хотя бы те случайные лишения в предметах роскоши или же опасности, которым он подвергался.
По мере свершения мудрых дел, все более и более жизни прибывает к человеку.

Эрих Фромм:
В жизни нет иного смысла, кроме того, какой человек сам придает ей, раскрывая свои силы, живя плодотворно... Главная жизненная задача человека — дать жизнь самому себе, стать тем, чем он является потенциально. Самый важный плод его усилий — его собственная личность.
Жизнь — это постоянный процесс возрождения. Трагедия жизни большинства из нас заключена в том, что мы умираем, так и не успев полностью родиться.
Наша моральная проблема — это безразличие человека к самому себе.
Для человека все важно, за исключением его собственной жизни и искусства жить. Он существует для чего угодно, но только не для самого себя.
...человек превратился в товар и рассматривает свою жизнь как капитал, который следует выгодно вложить. Если он в этом преуспел, то жизнь его имеет смысл, а если нет — он неудачник. Его ценность определяется спросом, а не его человеческими достоинствами: добротой, умом, артистическими способностями.
Я верю, что основной выбор человека — это выбор между жизнью и смертью. Каждый поступок предполагает этот выбор. Несчастная судьба многих людей — следствие несделанного ими выбора. Они ни живые, ни мертвые. Жизнь оказывается бременем, бесцельным занятием, а дела — лишь средством защиты от мук бытия в царстве теней.
Задача человека — расширять пространство своей судьбы, укреплять то, что содействует жизни, в противоположность тому, что ведет к смерти. Говоря о жизни и смерти, я имею в виду не биологическое состояние, а способы бытия человека, его взаимодействия с миром.
Человек есть центр и цель своей жизни... развитие своей личности, реализация всего внутреннего потенциала есть наивысшая цель, которая просто не может меняться или зависеть от других якобы высших целей.
Если человек может жить не принуждённо, не автоматически, а спонтанно, то он осознаёт себя как активную творческую личность и понимает, что у жизни есть лишь один смысл — сама жизнь.
Понятие “быть живым” — это понятие не статическое, а динамическое. Существование — это то же, что и раскрытие специфических сил организма. Актуализация потенциальных сил — это врожденное свойство всех организмов. Поэтому раскрытие потенциалов человека согласно законам его природы следует рассматривать как цель человеческой жизни.

 Александр Введенский:
...если нравственный закон предписывает служение всеобщему счастью, то он сам не имеет ни малейшего смысла, а потому и не в силах осмыслить мою жизнь, если нет бессмертия.
Верить в смысл жизни логически позволительно только в том случае, если мы верим, что наша жизнь есть путь, ведущий нас к абсолютно ценной цели, лежащей вне нашей жизни и осуществляющейся через посредство жизни. Если же кто не хочет признать существование подобной цели вне человеческой жизни, тот должен отказаться и от веры в смысл своей жизни, ибо одно составляет логическое следствие другого; первая вера логически подразумевается во второй...